Russia: Temples, Palaces Юрьев Польский / St. George's Cathedral

СЛОН2.jpg
PHOTO: СБ 56.496495° 39.680488°

Сегодня городок Юрьев-Польский всего лишь районный центр во Владимирской области. Правда, и 750 лет назад он был скромным центром небольшого удела, принадлежавшего князю Святославу, сыну могущественного Всеволода III Большое гнездо.

 

В Юрьеве-Польском сохранился Георгиевский собор, построенный перед самым нашествием монголов - пожалуй, самый необычный в Залесской Руси. Юрьев основал в 1156 году Юрий Долгорукий - он вообще основал пару десятков городов в Залесье, и Москва среди них тогда даже не очень выделялась. Приставка "польский" пусть не вводит в заблуждение: ляхи не при чём, правильнее было бы Юрьев-Опольский, Юрьев-в-Полях - ведь здесь начиналось Ополье, лесостепной "остров" за непроходимыми окскими лесами. Тем более всяких Юрьевых в Древней Руси было немерено: Юрьевец на Волге, Юрьев под Киевом (ныне Белая Церковь), и даже эстонский Татрту - тоже бывший Юрьев. В 1212 году город с округой получил в удел Святослав, сын Всеволода Большое Гнездо. Изначально, по обычаю того времени, он взялся воевать с родными братьями за Владимир, но когда в 1216 году Владимирскому княжеству пришлось воевать с коалицией Новгорода, Смоленска и Ростова - вдруг вступился за старшего брата Юрия. Ту войну владимирцы всё равно проиграли, решающая Липецкая битва была как раз близ Юрьева, но Святослав оставался верен брату и участвовал в его войнах вплоть до битвы на Сити, где Юрий сложил голову. В 1246-48 годах Святослав всё-таки стал Великим князем Владимирским, но затем был изгнан, немного повоевал с литовцами и ушёл на покой. В общем, на редкость для тех времён положительный персонаж, даже причисленный к лику святых. И именно ему Юрьев-Польский обязан Георгиевским собором.

 

 

Today, the town of Yuriev-Polskiy only district center in the Vladimir region. True, and 750 years ago, he was a modest centre of the small inheritance that belonged to Prince Svyatoslav, the mighty son of Vsevolod III the Big nest.

 

Especially any yurievykh house in Ancient Russia, it was Nemer: Yurievets on the Volga, near Kiev Yuryev (now bila Tserkva), and even Estonian Tartu is also a former St. George's. In 1212, the city with the countryside will inherit Svyatoslav, son of Vsevolod the Big Nest. Initially, according to the custom of that time, he started to fight with siblings for Vladimir, but when in 1216, the Principality of Vladimir had to fight with a coalition of Novgorod, Smolensk and Rostov - suddenly stood up for the older brother of Yuri. The war Vladimir still lost, Lipetsk decisive battle was near St. George, but Svyatoslav remained a faithful brother, and participated in its wars up to the battle city where Yuri laid his head. In 1246-48, Svyatoslav, was the Grand Prince of Vladimir, but was expelled, fought a bit with the Lithuanians and retired. In General, unusually for those times, a positive character, even canonized. And that he Yuriev-Polsky obliged the Cathedral of St. George.

 

 

PANORAMA

 
 

 


Комментарии|Comments:


Роман 07.07.2017 12:12
Известен этот Храм тем что на фасаде очень много резных фигур. но то, что мы видим сегодня, и первоначальная композиция каменного убора, к сожалению, не одно и то же. Это, по существу, два разных собора. За время татарского владычества собор обветшал и в XV веке обрушился. Но слава о нем была велика (недаром первый Успенский собор Московского Кремля Иван Калита строил по образцу Георгиевского). И Иван III без промедления послал восстанавливать храм известного на Москве строителя Ермолина. Летописец засвидетельствовал, что Ермолин собрал рухнувшее здание «сизнова и поставил, как и прежде», но это не так. Собор стал приземистым, нескладным и, что самое горестное, почти вся скульптура оказалась перепутанной. Из неверно, без всякого смысла скомпонованных рельефов образовалась каша — своего рода гигантский ребус.Если раньше скульптура собора читалась как единая каменная книга, то теперь строки и страницы ее оказались перепутанными. Книга надолго «умолкла». Ермолин сохранил памятник искусства. Он не перетесывал камни, не добавлял в кладку новых, а пользовался только уцелевшим материалом, поэтому все рельефы собора — подлинные камни XIII века. Первым к сложной проблеме расшифровки этого ребуса вплотную подошел русский историк К. Романов. В начале нынешнего века он установил, что большинство фигурных рельефов входило в сюжетные композиции, составлявшие как бы огромные резные картины, и две из этих композиций. («Преображение» и так называемый Святославов крест) полностью реконструировал. Это был большой успех, но вскоре ученый почему-то оставил работу. И все-таки практически на все вопросы, которые XIII век задал науке на каменных страницах собора, ответы были даны, и сделал это наш современник Георгий Карлович Вагнер. Самое удивительное, что для этого ему понадобилось всего пять лет. Работа началась с того, что каждый (!) камень собора был ощупан руками, обмерен и сфотографирован. А ведь одних скульптурных рельефов сохранилось 450, да почти столько же камней с орнаментом. С каждого камня снималась на кальку копия в натуральную величину. Потом копии эти были уменьшены до размеров этикетки спичечного коробка, и вот из них-то исследователь стал раскладывать бесконечные пасьянсы. Много хлопот доставила расшифровка странных портретных изображений на капителях собора. Скорее всего, это могли быть воины, но их шлемы с виду напоминали больше колпаки. Из летописи известно, что у вдадимиро-суздальских князей была наемная дружина из кочевников. За князя в разное время воевали половцы, могли здесь быть и кавказские аланы, предки нынешних осетин. Этнографы знают подобные головные уборы у аланов, сохранились они и у венгров. Поэтому маски на капителях, скорее всего, изображали ближайшее окружение, «гридьбу» Юрьев-польского князя. Между прочим, на рельефах трона Ивана Грозного есть фигуры в точно таких же шапках-колпаках. Труднее всего оказалось установить смысл и найти места прежнего расположения звериных рельефов; сделать это без досконального знания средневековой звериной символики было невозможно. Драконы, например, считались некогда символом язычества, и их нередко изображали под «распятием», что означало победу христианства. Так и расположились в реконструкции два дракона Георгиевского собора. А рельеф слона, который символизировал царственное величие, было логично придвинуть к окну княжеской ложи. Подобное размещение известно из искусства Западной Европы. Такому же осмыслению подверглись сказочные образы птицы-сирин, кентавра-китовраса, дремлющего льва. Когда Вагнер восстановил картину первоначального резного убранства, выяснилось, что скульптуре тесно на стенах нынешнего собора. Дело в том, что здание, воздвигнутое при Святославе, было значительно выше и имело силуэт совершенно отличный от того, который мы видим сегодня.

ПОСЛЕДНИЕ КОММЕНТАРИИ

 

ПОЛЕЗНЫЕ НОВОСТИ